В центре Москвы работает уникальное медицинское учреждение – Специализированная клиническая больница № 8 имени Э. П. Соловьева – Клиника неврозов. По комплексному подходу к лечению людей с невротическими расстройствами она не имеет аналогов в мире.
«За» и «против»
Признаться, о существовании клиники неврозов я знала давно. И каждый раз, слушая рассказы подруг о чудесных исцелениях души и тела, которые они получали после курса лечения в стационаре, давала себе слово: пора, наконец, заняться собой. И клиника неврозов – самое подходящее для этого место. Но следом сама же выдвигала контраргументы: к психотропным препаратам, которые там применяют, можно попасть в зависимость, а я не настолько плоха, чтобы идти на такой риск.
Сомнения развеял редактор: просто поручил написать репортаж о клинике неврозов, и отступать было некуда. Немного помучившись над тем, как более достоверно рассказать о том, что я там увижу, решила пойти по испытанному пути: попробовать на себе.
Валерьянка не спасет
Естественно, знакомство с клиникой началось с беседы с главным врачом, доктором медицинских наук Николаем Николаевичем Шинаевым. Профессор Шинаев убежден, что не менее девяноста процентов женщин, живущих в больших городах, нуждаются в специализированной помощи, подобной той, которую оказывают в его клинике. Но, увы, далеко не все это понимают и продолжают либо страдать от неврозов и депрессий, либо заниматься самолечением.
– Когда женщины с невротическими расстройствами, – говорит профессор, – вместо того чтобы идти к специалисту, начинают пить травяные настои, успокоительные микстуры или таблетки, простые транквилизаторы, они только затягивают процесс выздоровления. В итоге они понимают, что и без таких средств обойтись не могут, но выздоровление не наступает. При этом не только снижается качество жизни, но и растет угроза развития серьезной психической патологии.
Николай Николаевич если и не развеял окончательно, то уж точно поколебал мои сомнения относительно психотропных препаратов:
– Когда медикаментозное лечение проводится грамотным специалистом – а у нас работают только такие – то бояться его нет оснований. Психотропные препараты последнего поколения, правильно подобранные и в нужной, то есть очень маленькой, дозе по сравнению с той, что дают психически больным людям, никаких побочных эффектов и привыкания не вызывают.
К тому же уже более тридцати лет в нашей клинике активно используются и немедикаментозные методы лечения: физиотерапия, электро- и водолечение, трудотерапия, гироколонотерапия, барокамера, «капсула» и многое другое. Приходите, попробуйте на себе.
Утром ванна –
вечером здоровье
Я уже готова была принять любезное предложение Николая Николаевича, которое, признаюсь, оказалось как нельзя кстати, но останавливали два последних препятствия – непреодолимое желание спать в собственной постели и невозможность пристроить собаку.
– Для таких случаев у нас работает дневной стационар – уникальная форма помощи невротикам. Пациент утром приходит в отделение, завтракает, получает все предписанные процедуры и обследования, обедает и возвращается домой. Врачи при этом могут проводить полноценное комплексное лечение. А пациенты – не менять привычного образа жизни, не отрываться от семьи и даже от работы. Хотя, конечно, совмещать лечение с активной работой – не лучший вариант, эффективность процедур снижается.
Получить «добро» от редактора не составило труда, но с тем условием, что о впечатлениях от первого дня пребывания в клинике я расскажу нашим читательницам.
На первичное обследование в консультативно-поликлиническом отделении, без которого пациента принять на лечение не могут, ушла пара часов. Потом беседа с врачом-психиатром, предварительный диагноз которого, хотя и не стал для меня неожиданностью, все равно огорчил: астения нервной системы, первые, но вполне очевидные, симптомы депрессии. В общем, самое время начинать лечиться.
Подруги по несчастью
Заведующая дневным стационаром Евгения Григорьевна Козленко встретила меня так, как, по моему мнению, и должны встречать людей, решивших лечить душу.
Интерьер отделения, несмотря на все усилия персонала, явно требует ремонта. Однако атмосфера, которую удалось здесь создать врачам и медсестрам, возвращает в те времена, когда медикам доверяли безоговорочно, без предварительной проверки сертификатов и лицензий.
Во время завтрака в столовой с массивным дубовым буфетом я с интересом наблюдала за происходящим вокруг. Среди пациентов очевидно преобладали женщины, всех возрастов. Соседка по столу, лет сорока пяти, узнав, что я в клинике первый раз, призналась: «А я третий, как первый раз попала совсем никакая, так теперь каждую весну прихожу сюда. Подлечусь – на год хватает. У меня мама уже пять лет парализованная лежит, из-за этого муж ушел, не выдержал… Тяжело, но ведь надо же как-то жить».
Закончив завтракать, большая часть больных отправилась на сеанс аутотренинга. Говорят, потрясающая вещь – настоящий спектакль, во время которого человек получает навыки расслабления и умения владеть своими эмоциями. Я решила присоединиться к ним с завтрашнего дня. Сегодня у меня другая программа: побывать в водолечебнице и отделении гипербарической оксигенации, а проще говоря, в барокамере.
Солнце, воздух и вода
Все эти три составляющие оздоровления в полной мере используются в методиках клинического лечения. В первый момент, опустившись в йодобромную ванну, я испугалась, что выскочу из нее раньше времени: внутренний завод, с которого начинается каждое утро работающей женщины, вытащит меня и потянет к компьютеру. Как можно тратить время на такую ерунду?
Главный врач был прав: чтобы начать лечиться, надо успокоиться, и я напрасно отказалась от крошечной таблетки реланиума. Но буквально через несколько минут тревога и раздражение, мои верные спутницы на протяжении последних лет, стали понемногу затихать.
К середине сеанса я с удовольствием отметила, что по краям ванн стоят ухоженные живые цветы, а в окно топорщатся ветки тополя с крошечными клейкими листочками. И даже, мне показалось, почувствовала их запах. К концу сеанса расслабление первых минут удивительным образом ушло и захотелось активно двигаться. Бассейн! Не могу похвастаться спортивными талантами, но полчаса в теплой воде – на спине, на боку, кролем и по-собачьи – и жизнь, поверьте, начала налаживаться.
Следующим пунктом программы был сеанс в барокамере.
Барокамера – сооружение серьезное, и лечение в нем проводят исключительно под контролем инженеров. Оказавшись внутри нее, испытываешь ощущения почти космические: обнаженная, беззащитная, изолированная от внешнего мира – лишь маленькое окошечко перед глазами. Старт начался с того, что заложило уши, но так и быть должно – увеличили давление и пустили кислород. Вскоре неприятные ощущения прошли, и я на целых сорок минут осталась наедине со своими мыслями.
Проснулась я оттого, что опять заложило уши – сеанс закончился, давление снизилось до нормального.
Пока одевалась, прислушивалась к себе: а вдруг уже после первого сеанса почувствую, что у меня вырастают крылья и улучшается память? Как говорит Евгения Григорьевна Козленко, очень важно, с каким настроем пациент приходит в клинику. Если не суетиться, а сознательно отнестись к тем процедурам, которые назначает врач, успех гарантирован.

Что мешает женщине реализовать себя? Чем женская самореализация отличается от мужской? И как быть и реализованной, и счастливой? Рассказывает психолог, эзотерик, автор образовательных программ Юлия Ивлиева.
Почему женщине так важно иметь «рукодельное» хобби? Как творческие занятия мамы влияют на воспитание детей? И почему представительницам прекрасного пола необходима поддержка любящих мужчин?
