Врач от Бога

В столичном издательстве «Авторская академия» вышла прекрасная книга «Образы великих хирургов» кандидата биологических наук, писательницы и журналистки Екатерины Каликинской. Истории об открытиях и подвигах православных врачей — это образцы чести, благородства и служения профессии! Как всего этого нам не хватает в наше время.

Ефрем Мухин

Основоположником российской хирургии считается Ефрем Осипович Мухин. Родился он в далеком 1766 году. Создал первый в России пункт скорой помощи. Какими только видами оперативной помощи не приходилось заниматься этому мастеру от медицины. И удалением зоба, и ампутациями рук, пораженных гангреной. Изгнанием гигантских глистов, избавлением от бельма на глазу, разными видами гинекологической помощи.

Но одной из вершин его деятельности можно считать удивительную операцию на головном мозге. Как бы мы сейчас сказали — сложное нейрохирургическое вмешательство. Дело было так.

Одному крепостному штукатурщику во время постройки Донского монастыря на голову упал огромный кирпич. Рабочий упал «полумертв». Из ноздрей и ушей хлынула кровь. Пострадавшего без чувств привезли в больницу к доктору Мухину. Хирург констатировал внушительный пролом головы и начал готовить больного к операции.

Сегодня трудно представить, как протекала эта едва ли не первая нейрохирургическая операция в то время. В обиходе не было не только электричества, но и понятия об анестезии и антисептике. А вода Москвы-реки считалась пригодной для приготовления лекарственного раствора!

Пациента положили напротив окна, чтобы лучше осветить «рабочее поле». А двое помощников крепко взяли его за голову, чтобы обездвижить. К счастью, пациент не чувствовал боли. Иначе как можно было забраться в голову вживую?

Мухин обрезал мягкие ткани вокруг раны. Открыл череп и увидел, что кость проломлена и вдавлена внутрь, образовав много крупных и мелких отломков. Далее Ефрем Осипович действовал на свой страх и риск, используя как известные приемы того времени, так и собственные находки в хирургии. Аккуратно изъял большие фрагменты, частично прикрепленные к твердой оболочке мозга. А мелкие «крошки» вынул с помощью мокрой губки. Причем на труднейшие манипуляции ушло всего 15 минут!

Затем на обработанную рану был наложен березовый лекарский трут и смоченное нашатырем полотенце. А сверху вся конструкция закреплялась детским чепчиком.

Над раной было велено держать кусок льда и каждые четыре часа мочить ее спиртом. Больному регулярно ставили «очистительное и промывательное» и поили водой с клюквенным соком.

Поразительно, но буквально в тот же день пациент стал приходить в себя. Начал лучше слышать и видеть, двигать руками и ногами. Он даже смог разговаривать, чем удивил даже видавших виды врачей.

На четвертый день на твердую оболочку и мозг были наложены «длинные проспиртованные ветошные нитки». А костяные края раны присыпаны тертой канифолью.

Через пять дней после травмы рана была почти сухой. К больному возвратилась память. Он мог сидеть и немного ходить. Все это время Мухин лично ухаживал за больным и наблюдал процесс заживления. Все шло по плану.

А спустя два с половиной месяца пациент окреп настолько, что запросился из больницы. Рабочего выписали, и он стал вновь трудиться на стройке монастыря.

Эта история почти невероятная для того времени! Ведь при подобной травме и сейчас не всегда помогают даже самые современные методы нейрохирургии. Здоровье русского крестьянина, смелость, высокий профессионализм и непрестанное усердие врача, элемент удачи — все сошлось, чтобы помочь Мухину поставить на ноги этого пациента.

Николай Пирогов

Николай Иванович Пирогов для российской медицины — то же, что Ломоносов для отечественной науки. Какую бы область мы ни взяли, везде обнаружится благотворный след его влияния. Недаром имя доктора носят многие клиники России.

Родился знаменитый хирург в 1810 году. Уже в молодости он выполнял все вмешательства удивительно точно и быстро. Но особенно Пирогова занимала мысль о том, как облегчить страдания больных. Ведь в начале XIX века все операции проводились без обезболивания. И, естественно, превращались для пациента в сущую пытку. Да и врач не мог качественно делать свою работу при душераздирающих криках и метаниях на столе.

И вот в 1847 году Пирогов сумел открыть новую эру в хирургии. Он предложил использовать для анестезии эфир. Доказал, что вдыхание его паров вызывает у человека «опьянение» и нечувствительность к боли.

Правда, западные хирурги не верили, что уменьшить страдания людей «под ножом» реально. Но Пирогов стоял на своем. Первую операцию под наркозом он провел у 35-летней больной с запущенным раком молочной железы. И по практическим результатам скоро превзошел всех в России, а может быть, и в мире.

Работая с эфиром, он вводил его не только обычным способом — путем вдыхания. Но применял и другой, лично им разработанный способ — доставлял пары эфира через прямую кишку. «Усыпив» таким путем раненых солдат, он успешно провел массу операций практически на поле сражения. Чем вызывал невиданный восторг у окружающих.

Вслед за эфиром Николай Иванович стал применять для обезболивания и хлороформ. А во время военных действий на Кавказе впервые ввел еще два важных новшества. Во-первых, крахмальную повязку как метод обездвиживания и лечения переломов — прообраз современного гипса. И во-вторых, частичное удаление суставов и костей вместо полной ампутации рук и ног. На тот момент это был большой прорыв. Самое настоящее органосохраняющее лечение!

Впрочем, талант врача — это не только интеллект и умелые руки. Но и широкая душа. Неисчерпаемая доброта и щедрость. И тут Пирогову не было равных. Он никогда не отказывал людям в помощи, кто бы в ней ни нуждался. Брался за многие безнадежные случаи. И в подавляющем большинстве его операции были успешны.

Денег за лечение Николай Иванович не брал. А иногда даже доплачивал больным из своего кармана. Это был его принцип до самой смерти. «Я себе положил за правило от моих больных, как бы богаты они ни были, никогда ничего не требовать. Кто мне даст, я беру. И беру не с мыслью, что получаю вознаграждение за мой труд, но за мое время. Мое призвание и мое искусство я всегда ставил слишком высоко, чтобы видеть в нем одно только средство к любостяжанию». Отличное моральное руководство для нынешних врачей, не правда ли?

Существует легенда, что старенький Николай Иванович отправлялся на прогулку с пачкой незаполненных рецептов. И когда по дороге ему встречались больные, уже знавшие о его обычаях, он немедленно выписывал лекарство бесплатно.

Любимой профессии он отдавал себя без остатка. Стремясь, как всегда, докопаться до самой сути явления, не щадя своего здоровья, изучал действия наркоза даже на себе самом. И к несчастью, в зрелости сам заболел раком. Коварная опухоль обосновалась во рту. И, распространившись, отняла у великого хирурга жизнь.

По преданию, в последние годы жизни Николай Иванович составил собственную молитву. В ней сконцентрированы все нравственные основы подвижнической жизни врача. Эти слова могут быть жизненным кредо и наших современников.

«Господи Боже мой, удостой меня быть орудием мира твоего, чтобы я прощал, где обижают, чтобы я соединял — где ссора, чтобы я воздвигнул веру — где давит сомнение, чтобы я возбуждал радость — где горе живет. Господи Боже мой! Удостой, чтобы не меня утешали, но чтобы я утешал, не чтобы меня понимали, но чтобы я других понимал, не чтобы меня любили — но чтобы я других любил. Ибо кто дает — тот получает, кто себя забывает — тот обретает, кто прощает — тому прощается, кто умирает — тот просыпается к Вечной жизни!»

Святитель Лука

В судьбе этого великого человека — святителя Луки, Валентина Феликсовича Войно-Ясенецкого — отразились все бури и беды России. Доктору и священнослужителю довелось пройти через немыслимые испытания в самое тяжкое для Православной церкви время — период мировых войн и революций.

Будущий хирург-святитель с детства имел талант живописца. Но ведомый рукой Господа, решил, что не вправе заниматься тем, что ему нравится. А обязан делать то, что полезно для страдающих.

Сразу после учебы на врача он отправился трудиться на фронт. Не имея специальной подготовки по хирургии, «чудом» стал делать крупные ответственные операции. Ему приходилось оперировать большие суставы, ампутировать ноги, удалять внутренние органы. Сшивать части человеческого тела. Работать скальпелем, долотом, пилой, молотком… И уже через полгода восторженного юношу, тонко чувствовавшего художника, ежедневное зрелище смерти, десятки отрезанных рук и ног, потоки крови, стоны и крики превратили в стоика, хладнокровно воспринимающего любые реалии.

Но и после войны молодой хирург выбирал для себя такие места работы, где народ жил особенно плохо. И каким-то непостижимым образом оказывался там, где был нужен сию минуту. Так, однажды Войно-Ясенецкому пришлось сделать экстренную операцию задыхающемуся ребенку. Причем в совершенно исключительных условиях.

Валентин Феликсович приехал для осмотра земской школы в одну из российских деревень. Занятия на тот момент уже кончились. Неожиданно в школу прибежала девочка, держа младенца с развивающимся удушьем. Он поперхнулся кусочком сахара, который попал ему в гортань. Еще немного — и малыш погибнет.

Под рукой у доктора был только перочинный ножик, немного ваты и раствора ртути. Тем не менее он решил действовать. Положил спеленутого ребенка к себе на колени и быстро вскрыл трахею, чтобы обеспечить доступ воздуха в дыхательные пути. А в отверстие вместо специальной трубки ввел… гусиное перо, которое принесла старуха-уборщица. Младенец был спасен!

Неоценима заслуга святителя Луки и во внедрении местной анестезии в хирургии. В начале XX века в России ею не только не занимались. О такой методике не слышали даже столичные медицинские светила. Но Войно-Ясенецкий был убежден: если найти нервные волокна, которые связывают оперируемый участок тела с мозгом, поток болевых импульсов можно прервать. Нужно лишь сделать укол в эти нервы. Тогда боль «заблокируется» и пациент перенесет операцию без мучений.

Сейчас этот подход применяется при самых разных операциях и является рутинным. Но для тех времен был по-настоящему революционным. Первое вмешательство под такого рода анестезией было сделано хирургом в 1910 году. Оно оказалось успешным.

Перу святителя принадлежит также большой научно-практический труд, плод всей его жизни — «Очерки гнойной хирургии». До сих пор эта книга является медицинским шедевром. Но знали бы вы, в каких невыносимых, античеловеческих условиях приходилось писать их отцу Луке! В ссылках и тюрьмах, куда упрятала доктора советская власть, жестоко обвинив его в антисоветской пропаганде за духовные проповеди. Подвергнув диким пыткам и допросам. И это невзирая на спасенные хирургом тысячи жизней…

Сам же доктор отнесся к аресту как к началу своего крестного пути.

Когда его отправляли в концлагерь, перевозивший его поезд минут 20 не мог двинуться с места. Оказалось, толпа народа легла на рельсы, желая удержать доктора. Так его любили и ценили простые люди.

И где бы ни находился святитель, всюду продолжал оказывать врачебную помощь нуждающимся. Один раз, находясь в сибирской ссылке, в лютые морозы он произвел одну из больших сенсаций. Выполнил операции по поводу врожденной катаракты у трех слепых мальчиков. И чудо — все трое сделались зрячими!

Святой Лука и после смерти продолжал исцелять людей. Об этом имеются многочисленные устные и письменные свидетельства. А в 1995 году доктор-мученик был причислен к лику Святых.

Без преувеличения врач — это помощник Бога на Земле. Низкий поклон великим докторам — уже ушедшим и ныне живущим.