“Я стесняюсь…”

"Я стесняюсь…"

Неуверенность в себе — причина многих неудач в жизни. Наша читательница Полина Д. решила избавиться от своей робости и для этого обратилась к психологу Московского психологического центра «Просвет» Анне Дмитриевне Михайловой. С согласия Полины мы публикуем отрывки из ее четырех сессий с психологом.

Встреча первая

Полина: Не знаю, когда появилась эта застенчивость. Может, я родилась с ней: мама рассказывала, что я страшно боялась учиться ходить, заливалась плачем, когда меня брали на руки чужие люди. А может, это случилось в школе. В один из первых дней на уроке я подошла к учительнице спросить, каким карандашом надо рисовать. «Вот теперь так и оставайся у доски! — сказала она. — Кто тебе разрешил встать с места?»

Психолог: Бывают люди действительно застенчивые от природы. Ученые считают, что у 20–30 процентов младенцев химические процессы в мозге протекают таким образом, что эти дети, скорее всего, будут стеснительными. Многое, конечно, зависит и от воспитания. Например, дети застенчивых матерей в 8 раз чаще становятся робкими. То же самое происходит, если родители ребенка шагу не дают ему сделать самостоятельно. Причиной робости может стать и психологическая травма. Полина, а вы как-то пытались справиться со своей стеснительностью?

Полина: Да, когда в Москве начали появляться различные тренинги, я посещала некоторые из них. На одном из них нас убеждали, что застенчивость — это прекрасно. Просто надо сразу сказать собеседнику: «Я — стеснительная». Но когда я сказала начальнице, что стесняюсь лишний раз позвонить партнерам, она ответила мне так, что мало не показалось…

Психолог: Это иллюзия, что к нам будут лучше относиться, если мы объявим о своей застенчивости. Никто из посторонних людей не жаждет опекать и воспитывать взрослого человека. О том, что вы стесняетесь, лучше вообще не говорить никому.

Полина: Еще я была на шоковых тренингах. Там нам давали такие задания: утром протянуть киоскеру тысячную купюру и попросить газету за пять рублей. Или в вагоне метро громко объявлять остановки — до того, как зазвучит голос диктора в динамике.

Психолог: Да, испытания не для слабых. И как же вы вышли из положения?

Полина: Киоскерша поинтересовалась, не сошла ли я с ума. А эксперимент в метро я проделать не решилась. И закомплексовала еще больше.

Психолог: Не думаю, что есть какой-то прием, позволяющий моментально превратить застенчивого человека в общительного. Давайте попробуем избавляться от этого качества постепенно. Опишите, что вы чувствуете, когда робеете.

Полина: Ну, мне кажется, все смотрят на меня и думают, как я нелепо одета, как некрасива. Когда я начинаю говорить, то боюсь что-нибудь ляпнуть, подбираю слова, а из-за этого вся моя речь перемежается всякими «ну», «так», «это». И наверняка люди делают вывод, что я — полная дура.

Психолог: Это типичное состояние застенчивого человека. Он как бы смотрит на себя со стороны. Причем глазами недоброжелательных людей.

На самом деле каждый из них в сто раз больше думает о себе, чем о других. Застенчивость человека, как правило, никто не замечает. И это подтвердили исследования ученых. Они спросили студентов, которые вместе учились, жили в одном общежитии, кто из них стеснительный. 85% ответов оказались неверными. Так что в незнакомой компании в 99% случаев никто не догадывается о том, что вы — застенчивая.

Полина: Но почему же меня сковывает под взглядами незнакомых людей?

Психолог: Эти сигналы неодобрения поступают из вашей глубинной памяти. Можно было бы работать с вами в этом направлении, но это будет долго и не факт, что продуктивно. Давайте попробуем идти другим путем. Постарайтесь, находясь в какой-то компании, не осуждающе смотреть на себя со стороны, а находясь внутри себя, наблюдать за другими и ситуацией в целом. Как только почувствуете, что оцениваете себя со стороны, сразу говорите себе: «Стоп!»

Встреча вторая

Полина: Я была на дне рождения двоюродной сестры. Обычно, чтобы не обращать на себя внимания, помогаю хозяйке накрыть на стол. Но в этот раз решила, что буду режиссером, который готовится снимать фильм.

Я наблюдала, кто как одет, как ведет себя, как реагирует на те или иные ситуации, пыталась понять: что думают эти люди? Чувствовала себя в это время свободно: смеялась вместе со всеми, подыгрывала, шутила. Но второй раз так хорошо не получилось.

Мы на работе принимали фирму-партнера из другого города. И я не могла поднять глаз, не то чтобы рассматривать людей. Потом был фуршет, и один из гостей меня спросил: «А вы всегда такая строгая и суровая?» Я вспыхнула и ушла.

Психолог: Негативная психологическая установка рождает негативный язык тела. Когда стеснительный человек долго чувствует себя подавленным, его поза становится напряженной, пальцы сжимаются в кулаки, он напускает на себя хмурый и надменный вид. Другие это прочитывают как неприступность: не подходи, уходи, ты мне неинтересен!

Но если научить тело вести себя уверенно, то мозг подстроится под него. Стойте прямо, смотрите людям в глаза, улыбайтесь и говорите отчетливо.

Полина: Не могу смотреть в глаза людям! Мне кажется, если буду смотреть в глаза, человек подумает, что я на него пялюсь, гипнотизирую, чего-то хочу от него.

Психолог: Но вы должны научиться устанавливать зрительный контакт. Отведенный взгляд в нашей культуре — это признак нечестности, хитрости, снобизма или коварства. Не можете смотреть в глаза мужчинам? Начните с детей, пожилых людей. А чтобы ваш взгляд не был тяжелым и угрюмым, мысленно произносите в этот момент: «Вы мне нравитесь!». И улыбайтесь.

Встреча третья

Полина: Поставила себе цель — «разулыбать» любого ребенка в вагоне метро, в автобусе. Дети сначала быстро отворачиваются. Потом любопытство берет верх, начинают краем глаза подглядывать за мной, а потом увлекаются этой игрой в «гляделки» и «улыбашки». Правда, мамы сначала нервно на это реагируют. Но я им посылаю улыбку: «Какой прекрасный у вас ребенок» — и они оттаивают.

А вот с пожилыми людьми — просто трагедия. Я ласково смотрела на одну старушку, и она заплакала: «Спасибо, миленькая! На меня давно уже никто так не глядел». У меня и у самой потекли слезы. Ну, что нам жалко улыбки, нежного взгляда, чтобы пожилые люди не чувствовали себя изгоями в нашем обществе. Я никогда не задумывалась, что они так нуждаются в этом!

Психолог: Вы не поверите, но не только они… Нам всем нужна эта человеческая теплота, внимание. Может быть, большинство не ответит на вашу улыбку — мы все-таки не приучены к этому. Но настроение человека улучшится.

Полина: Я поняла, что уже могу без паники улыбаться и смотреть в глаза детям, пожилым людям. Но, видимо, никогда не сумею это сделать по отношению к красивому, молодому, статусному мужчине. Как назло, часто сталкиваюсь в лифте с нашим генеральным директором. Пока мы едем эти шесть этажей, я так впиваюсь в стенку, что, кажется, еще минута, и просто умру.

Психолог: Вот вам следующее задание: перечислите все хорошие качества, которые у вас есть, успехи, которых вы добились.

Полина: Да ничего особенного во мне нет. Ну, друзья говорят, что со мной можно поговорить по душам, что я всегда готова прий­ти на помощь. А еще… ходила в студию аргентинского танго, и у меня неплохо получалось танцевать. Даже ездила на конкурс в Италию. Вы удивлены?

Психолог: Нет. Это часто случается: человек может быть застенчивым на работе и раскованным дома. Утром может съеживаться от вида генерального директора, а вечером в танце крутить мужчинами так и этак. А давайте попробуем соединить эти две Полины.

Представьте, что в лифте едет не скромная девушка из офисного планктона, а горячая аргентинская девчонка. Вообразите себе, что приглашаете директора на танго.

Полина: Но он же не умеет!

Психолог: Теперь его очередь краснеть и мечтать провалиться сквозь землю. А что делаете вы?

Полина: Я смотрю ему в глаза, посылаю восторженный взгляд: «Как вы мне нравитесь!», медленно улыбаюсь и протягиваю ему руку: «Это просто, главное — начать!»

Встреча месяц спустя

Полина: Не могу сказать, что я превратилась в общительную хохотушку, но перемены во мне замечают все. Теперь, как только я чувствую, что начинаю зажиматься и осуждающе смотреть на себя со стороны, сразу переключаю внимание на какие-то внешние детали. Хороший прием! Мучительная робость сразу исчезает.

А недавно произошел удивительный случай. Опять утром оказалась в лифте с генеральным директором. Но в этот раз поставила себе задачу — смотреть ему в глаза и улыбаться, считая про себя до десяти. Мое сердце билось так, что думала, оглохну.

Вдруг этот неприступный генеральный, который, казалось, никого не видит и парит где-то над всеми нами, улыбнулся и сказал: «Хорошая погодка сегодня, правда? Вы любите весну?» — «Обожаю!» — ответила я.